Полное основаниеФормальное и реальное собраны вместе — и основание оказывается обусловленным
Формальное основание было тавтологией, реальное — случайной связью. Гегель соединяет их, и получается третье.
Вследствие того, что реальное основание само возвратилось в свое основание, в нем восстанавливается тождество основания и обоснованного, или формальное основание. Возникшее соотношение основания есть поэтому полное соотношение, содержащее в себе вместе и формальное и реальное основание… Наука логики, т. 1, с. 421
Этот пункт — самый сухой во всей главе, и разбирать его подробно смысла нет. Важен его итог: основание перестало быть самодостаточным. Оно требует чего-то, что ему предшествует и от него не зависит. Это и есть условие.
То непосредственное, с которым основание соотносится, как со своей существенной предпосылкой, есть условие; поэтому реальное основание по существу обусловлено. с. 424
Условие — это не основаниеРазличение, которое мы в быту почти не делаем
По-русски «условие» и «основание» легко путаются: и то и другое отвечает на «почему?». Гегель разводит их одной фразой.
Нечто есть не в силу своего условия; его условие не представляет собой его основания… Нечто имеет кроме своего условия также и основание. с. 425
Что различается. Условие — то, без чего дело не пойдёт, но что само дела не делает. Основание — то, из чего дело следует. Условий может быть сколько угодно, и все они безучастны.
Почему это не игра словами. Потому что дальше вся глава кончится тем, что этого различия не хватит: когда все условия налицо, отдельного «основания», которое ещё что-то добавляло бы, не остаётся.
У условия три черты, и Гегель перечисляет их подряд (с. 424). Первая: это «непосредственное, многообразное наличное бытие» — просто то, что есть. Вторая: оно соотнесено с чем-то другим, для чего оно и есть условие. И вот тут — самое любопытное:
…и какое-либо наличное бытие безразлично к тому факту, что оно есть условие. с. 424
Третья черта: условие составляет предпосылку основания и даёт ему содержание — но только «в себе», как материал:
…оно есть ее содержание лишь в себе, есть нечто такое, что лишь должно стать содержанием и, стало быть, составляет материал для основания. с. 424
Каждое предполагает другоеИ начать не с чего
Условие есть предпосылка основания. Но и наоборот: чтобы наличное бытие вообще стало условием, нужно основание, для которого оно условие.
Чтобы быть условием, оно имеет свою предпосылку в основании и само обусловлено; но это определение ему внешне. с. 425
Итог этого пункта Гегель формулирует в знакомых по прошлой главе словах:
Стало быть, каждая из обеих сторон есть противоречие безразличной непосредственности и существенного опосредствования, — есть то и другое в одном соотношении… с. 425–426
А раз каждая сторона противоречива, обе идут ко дну — и получается их единство. Гегель называет его абсолютным безусловным: тем, что уже ничего вне себя не предполагает.
Мыслимая вещьСтранный оборот перевода, за которым стоит обычное немецкое слово
Дальше на каждой странице будет попадаться «мыслимая вещь». Оборот сбивает: кажется, речь о чём-то воображаемом. Речь совсем о другом.
die Sache — не das Ding
В оригинале стоит die Sache — обыденное слово со значением «дело», «суть дела», «то, о чём речь». Немецкое das Ding («вещь» как предмет) — это другое слово, и Гегель им пользуется отдельно.
Оригинал ключевой фразы: «Wenn alle Bedingungen einer Sache vorhanden sind, so tritt sie in die Existenz.»
Ближе всего по смыслу — «само дело» или «суть дела». Кстати, тот же самый термин этот перевод в начале главы передаёт иначе — «суть в себе (die Sache an sich)» (с. 401). Так что если читать подряд, полезно держать в голове: «мыслимая вещь» и «суть в себе» — одно и то же слово.
Что же это такое. Условие и основание оказались каждое противоречивым и оба пошли ко дну. То, во что они разрешились, — единство, которое уже ничего не предполагает вне себя. Условия при этом никуда не деваются, но получают новый статус:
Условия суть поэтому все содержание мыслимой вещи, так как они суть безусловное в форме бесформенного бытия. с. 429
И одно замечание, которое стоит того, чтобы его заметить, — про масштаб:
Для абсолютной неограниченной мыслимой вещи условием служит сама сфера бытия. с. 429
То есть вся первая книга — «Учение о бытии» целиком — оказывается здесь условием. Не отброшенным этапом, а материалом, без которого дальше идти нельзя.
Все условия налицоКульминация главы — и одна из немногих фраз Гегеля, которые можно повторить дословно
Если имеются налицо все условия какой-нибудь мыслимой вещи, то она вступает в существование… с. 431
Слово «все» здесь несущее, и Гегель это оговаривает:
Вся мыслимая вещь должна наличествовать в ее условиях, или, иначе говоря, для ее существования требуются все условия, ибо все они составляют рефлексию… с. 431
Условия здесь без подписей намеренно: Гегель бытового примера не даёт, а про сами условия пишет: «Они являются лишенным единства многообразием, смешаны с вне-существенным и с другими обстоятельствами» (с. 429). Важно в опыте другое — порог и то, что происходит после него.
А происходит вот что. Когда вещь вступила в существование, опоры не остаются под нею — они исчезают.
Если, следовательно, налицо все условия мыслимой вещи, то они снимают себя как непосредственное наличное бытие и как предпосылку, и одинаковым образом снимает себя также и основание. с. 431
Выступление в существование потому столь непосредственно, что оно опосредствовано лишь через исчезание опосредствования. с. 431
Что сбивает. Фраза выглядит как фокус: опосредствование исчезло, значит, его и не было? Нет. Оно было и сработало — но результат его работы в том, что он больше не нужен.
Простой пример устройства. Не Гегеля, а для наглядности: строительные леса. Пока дом строится, они несущие; когда дом стоит, их снимают, и дом стоит непосредственно. Гегелевское «непосредственно» — того же рода: не «без опор», а «опоры сняты».
Почему это важно для книги. Потому что дальше, во втором отделе, вещи будут разбираться как существующие: без указания на то, из чего они выведены. Не потому, что вывода не было, а потому, что он себя снял.
Основание, следовательно, не остается после обоснования как нечто отличное от обоснованного… с. 431–432
Последняя фраза отдела
Первый отдел книги второй кончается одним предложением, в котором собрано всё, что мы прошли за четыре страницы разборов: видимость, рефлексия, тождество, различие, противоречие, основание, условие.
Эта опосредствованная основанием и условием и ставшая через снятие опосредствования тождественною с собою непосредственность есть существование. с. 432
С этого слова начинается второй отдел — «Явление». Сущность больше не светится внутри себя: она выходит наружу.
Три частые ошибки
«Условие и основание — синонимы: и то и другое отвечает на вопрос „почему?“».
«Нечто есть не в силу своего условия; его условие не представляет собой его основания» (с. 425). Условие — то, без чего дело не пойдёт, но что само дела не делает; оно вообще безразлично к тому, что оно условие (с. 424).
«„Мыслимая вещь“ — что-то воображаемое, существующее только в мысли».
В оригинале die Sache — «дело», «суть дела». Это оборот перевода, а не термин про воображение. Тот же самый термин это издание в начале главы передаёт как «суть в себе» (с. 401).
«Раз все условия налицо — значит, вещь причинно вынуждена появиться».
О причинности здесь речи нет — она разбирается в третьем отделе. И «вынуждать» некому: при наступлении всех условий и они, и основание «снимают себя» (с. 431), так что снаружи вещи не остаётся ничего, что бы её толкало.
Слова этой части
Первый отдел законченВторой отдел: явление, с. 433–478
Пройден весь путь первого отдела: от видимости, которая оказалась собственным свечением сущности, через рефлексию, тождество, различие и противоречие — к основанию, условию и выходу в существование.
Дальше сущность перестаёт светиться внутри себя и начинает являться. Три главы второго отдела: существование (вещь и её свойства), явление (закон явления, два мира) и существенное отношение (целое и части, сила и её проявление, внешнее и внутреннее).
Напомним план всей книги, который Гегель дал на с. 350: «Сущность, во-первых, сначала светится внутри себя самой, или, иначе говоря, есть рефлексия; во-вторых, она является; в-третьих, она открывается». Первый пункт пройден.